Философия права. Сергей Сергеевич Алексеев

Философия права. Сергей Сергеевич Алексеев.

Право человека должно считаться священным, каких бы жертв ни стоило это господствующей власти. Здесь нет середины и нельзя измышлять среднее прагматически обусловленного права (не­что среднее между правом и пользой); всей политике следует преклонять коле­ни перед правом…

Иммануил Кант

Об авторе

Сергей Сергеевич Алексеев — член-корреспондент РАН, док­тор юридических наук, профессор — возглавлял в 2989—1991 гг. Комитет по законодательству Верховного Совета СССР, затем Ко­митет конституционного надзора. В 1992 г. был председателем Со­вета Исследовательского центра частного права при Президенте Российской Федерации. Внес значительный вклад в разработку проектов Конституции, Гражданского кодекса Российской федера­ции, ныне является руководителем федеральной программы “Ста­новление и развитие частного права в России”.

С. С. Алексеев — автор свыше 300 печатных работ по теории права, гражданскому праву, философским проблемам, в их числе книги: “Предмет советского гражданского права” (1959), “Общие теоретические проблемы системы советского права” (1961), “Про­блемы теории права” (1972—1973), “Структура советского права” (1975), “Общая теория права” (1981—1982), “Общие дозволения и общие запреты в советском праве” (198В), “Право и перестройка” (1987), “Теория права” (1993, 1995), “Государство и право. Началь­ный курс” (1993, 1994), “Россия. У роковой черты” (1994), “Основы правовой политики в России” (1995).

Несколько вступительных слов

О чем эта книга?

Я задумал ее как научно-философскую работу, кото­рая призвана не только познакомить читателя с определен­ным кругом авторских раздумий по философским проблемам права, но и в конечном итоге сказать о самом главном, что должно, кажется, вызвать понимание, озабоченность и тре­вогу людей в нашем Отечестве и, быть может, стремление как-то повлиять на ход событий. Сказать о подспудной дра­ме наших дней — о жестоком столкновении двух философ­ских позиций в отношении права, закона, правосудия, двух полярных “философий права”, существующих ныне в Рос­сии в системах общественной жизни и власти.

Понимание этой драмы, ее исхода потребует разобрать­ся с научными данными, которые и сами по себе, надо пола­гать, имеют общепознавательное и прикладное значение. Здесь, как и в любой науке, вам придется встретиться со сложными, подчас трудными для понимания категориями, научными предположениями, соперничеством идей. А пе­ред этим, в первых двух главах, надо будет еще познако­миться с общими характеристиками философии права как науки (глава первая) и ключевыми проблемами правовой теории (глава вторая).

И тут нельзя не сказать вот о чем. Эта книга принадлежит перу автора, который долгое время исповедовал — пусть и в некоем, как представля­лось, облагороженном виде и с попытками вырваться из цепи непререкаемых догм, но именно исповедовал, искренне ве­ровал, пропагандировал, не раз пытался представить в мо­дернизированном виде, с “человеческим лицом”, одно из упомянутых направлений в философии права, которое, бу­дем верить, уходит в прошлое.

И все, что написано в книге, — не только взгляд “из­нутри” и не только то, что в конце концов с великим трудом, кажется, постигнуто (увы, главным образом в результате потрясений, прокатившихся по России с 1985 года, в слож­ные, противоречивые времена начавшихся в стране эконо­мических и политических перемен), но и — могу заверить — в немалой мере выстрадано в практических делах, прошло через тяжкие внутренние противоборства, сомнения, утраты в вере и потери в представлениях о ценностях, в надеждах. И потому эта книга — и покаяние автора, и его по­сильное очищение, а главное — искренняя попытка извлечь уроки из прошлого. Этим и вызвана необходимость разо­браться в проблемах философии права и с этой целью — обратиться к накопленным человечеством опыту и мудро­сти, которые в меру своих сил изложил в книге автор.

Глава первая. Философия права. Общие положения

1. Наука о праве в жизни людей

Что же это такое — философия права?

При ответе на поставленный вопрос можно было бы ограничиться ссыл­ками на известные, к тому же внешне впечатляющие, фи­лософски-утонченные определения, согласно которым философия права представляет собой “форму самосозна­ния правовой культуры”, а то и прямо по Гегелю — “мыс­лящую себя идею права”[1].

Или — охарактеризовать эту дисциплину в историко-логическом ракурсе. Не случайно при определении фи­лософии права, в сущности, все авторы говорят о ней как о науке, которая постигает логику права[2]. По мнению же Ю.Я. Баскина, рассматриваемая дисциплина “есть прежде всего история формирования и развития понятий, отражаю­щих реальные общественные отношения”[3].

И все же, отдавая должное приведенным дефинициям, на первое место, на мой взгляд, нужно поставить — пусть и несколько упрощенную, довольно общую — характеристику философии права как науки о праве в жизни людей, человеческом бытии. И тогда философия права предстает как научная дисциплина, которая призвана дать мировоз­зренческое объяснение права, его смысла и предназначения, обосновать его под углом зрения сути человеческого бы­тия, существующей в нем системы ценностей[4].

Два уровня.

Принимая во внимание некоторые обоб­щенные характеристики философии права, нужно вместе с тем исходить из того, что данная научная дисциплина мо­жет строиться в двух науковедческих плоскостях (уров­нях) и соответственно выступать в одном из двух качеств:

— в качестве исконно философской дисциплины, рас­сматривающей право под углом зрения определенной уни­версальной философской системы или историко-фило­софских разработок;

— в качестве интегрированной философско-правовой области знаний, когда на основе определенной суммы фи­лософских идей осуществляется научная проработка пра­вового материала.

Первый из указанных уровней философии права вполне закономерен. Право— какое бы значение ни прида­вать этой категории — представляет собой социальное яв­ление, и любая философская система, претендующая на универсальность, а также историко-философские разработки неизбежно включают в предмет своего осмысления также и это явление социальной жизни.

Именно в данном случае возможно формирование спе­циальной философской науки, привлекающей правовой ма­териал, но остающейся в рамках соответствующей системы философских знаний, на “почве философии”.

Наиболее ярким, выразительным примером осмысле­ния права в контексте универсальной философской систе­мы является философия права Гегеля[5].

И вот здесь, во взглядах на право Гегеля, есть пункт, на котором — с учетом последующего изложения материа­ла и специфики авторского видения проблем философии права — хотелось бы сразу остановить внимание.

При философском истолковании права Гегель, хотя по ряду позиций продолжил и углубил идеи о природно-естественной основе этого феномена, все же в основном сосре­доточил мысль на его характеристике в аспекте своего ми­ропонимания — логики объективного духа[6]. И с этой стороны, как мне представляется, выделив философию права как фун­даментальную часть всей своей философской системы, от­тенил в ней то, что роднит философию с правом, идею обоснованности действительности или же обоснованности процессов, поведения и поступков в обществе[7].

Вот почему, кстати сказать, в гегелевской философии права (она так и названа великим философом “философией права”) столь много внимания уделено не непосредственно юридическим явлениям, а широкому спектру категорий — нравственности, морали, состоянию и развитию духа — все­му тому, что позволяет определять обоснованность процессов, действий, поступков, а в более широком плане — обосно­ванность всего сущего.

По парадоксальным, причудливым зигзагам развития человеческого духа такое, воистину философское понима­ние “права” по всем данным стало предпосылкой для марк­систов, материалистических последователей гегелевской диалектики, что подчеркивали и Маркс, и Ленин (да еще акцентируя нацеленность философии на “изменение мира”), а отсюда — для формирования такого супернадчеловече­ского понимания рассматриваемых категории, которое ха­рактеризует коммунистическую революционную идеологию. Второй, интегрированный, философско-правовой уровень научных знаний о праве выражен в формировании и развитии особой, самодостаточной научной дисциплины, охватывающей как философию (по своим основам), так и правоведение (по своему основному содержанию).

В настоящей работе философия права строится в соот­ветствии с этим, “вторым” уровнем, когда включается в область юридических наук.

И это вполне понятно. Коль скоро основное содержа­ние философии права как интегрированной области знаний образует правовой материал, то значит, в этой плоскости научные разработки входят в состав правоведения.

А это помимо всего прочего означает, что основой и отправным пунктом осмысления права в рамках интегрированной философско-правовой науки является не дей­ствительность в целом, не “все бытие” (как это характерно при рассмотрении права в пределах универ­сальной философской системы), а действительность в тех пределах, в которых существует право, то есть соци­альная действительность, человеческое бытие. Обра­тим внимание— человеческое бытие, бытие живущих и дей­ствующих в сообществе разумных существ, способных постигать и творить мир, творить и постигать право.

Вещие слова в этом отношении сказаны Гегелем. По его справедливому утверждению, “в праве человек должен найти свой разум … и постигнуть мысли, лежащие в основе права”[8]. При этом важно и то, что характеристика права, про­изводимая на базе философских положений как исходной основы, не покидает “почву права” и является характери­стикой, выводимой непосредственно из правового материала, из его сути и логики. По меткому выражению Ю.Г. Ершова, в данной плоскости науку “мало интересуют умозритель­ные конструкции, оторванные от реальных правовых про­цессов и явлений. В этом смысле философия права как бы “вырастает” на фундаменте всего юридического знания”[9]. Обратимся теперь к самому праву как предмету фило­софско-правовых знаний.

Право как предмет философии.

По этому вопросу огра­ничимся пока двумя положениями, первое из которых относит­ся к числу элементарных, очевидных, а второе — к числу более основательных, для данной работы — главных, ключевых.

“Право” при самой элементарной, строго юридической характеристике — это критерий “юридической правомер­ности”, основание и свидетельство, своего рода социальный знак того, что каждый из нас вправе или не вправе что-то делать, как-то поступать. Еще по суждениям древнерим­ских юристов (определение Цельса), право, будучи наукой о добре и справедливости, призвано быть основанием для отличия дозволенного от недозволенного.

И надо заметить в связи с приведенным элементарным определением, что право при таком, кажется, предельно простом взгляде на вещи представляет собой, пожалуй, один из самых прагматических участков жизни общества — яв­ление практической, деловой жизни людей. С момента фор­мирования первых простейших форм регуляции, спонтанно рожденных из сплава биологических и социальных потреб­ностей людей, оно в качестве естественного права в облике мононорм[10]-обычаев, а затем в условиях цивилизации[11] — бо­лее развитых нормативно-ценностных форм регуляции вы­ступает по большей части в качестве органического элемента бытовых, хозяйственных, ритуальных и иных отношений и порядков, из которых складывается повторяющаяся изо дня в день, повседневная, обыденная жизнь общества.

Теперь — о втором, и надо сразу же сказать, наиболее широком значении права.

Что подразумевается под — “наиболее широким” зна­чением? Известно, что слово “право” используется в не­скольких смыслах, в плоскостях, подчас довольно отдаленных друг от друга (право как закон, моральное право, обычное право, право как правомочие и т. д.). И казалось бы, если поставить задачу свести эти терминологические обозначе­ния с разноплоскостным содержанием в некую единую фор­мулу, то результатом такого сведения, как и в ряде других случаев, когда “выводится за скобки” нечто общее, прису­щее ряду различных явлений, окажется весьма банальное, бедное, малосодержательное понятие.

Но такого рода отрицательный эффект случается да­леко не всегда. Во всяком случае, не в той сфере, о которой сейчас идет речь.

В области права происходит эффект совершенно про­тивоположный. Несмотря на разнообразие, отдаленность областей жизни, где используется слово “право”, то общее,

права. Сергей Сергеевич Алексеев Философия читать, права. Сергей Сергеевич Алексеев Философия читать бесплатно, права. Сергей Сергеевич Алексеев Философия читать онлайн