Worksites
Оккультная философия Г. К. Агриппа
Ангел замутит воду, вылечиться от любого вида болезни. Есть еще описание, что в Ионии, около селения Гераклея, на берегу реки Киферон был источник, посвященный нимфам, из которого каждый больной, окунувшийся в него, выходил совершенно здоровым. Павзаний рассказывает, что в горе Ликее в Аркадии есть источник, названный Агрия, куда шел жрец Юпитера после жертвоприношения, держа в руке дубовую ветвь, которую он окунал в воду источника во время сильной засухи, и в то время, когда он набалтывал воду, оттуда выходили испарения, поднимаясь в воздух, образуя облака, которые покрывали все небо и превращались затем в обильный дождь, который поил всю землю. Среди многих других авторов Руфус, врач из Эфеса, замечательно описывает захватывающие вещи о чудесах воды. Мне остается сказать о воздухе: — жизненный дух, который проникает во все существа, делая их живучими и живыми, связывая, приводя в движение и наполняя все. Вот почему еврейские ученые вовсе не помещают его среди элементов, но рассматривают его как посредника и связь различных существ; и как духа, укрепляющего все побуждения природы, т. к. он первый воспринимает все влияние небесных тел и сообщает их каждому из других элементов и смесям, он получает от них и удерживает как божественное зеркало отпечатки всех вещей, как натуральных, так и Божественных, так же, как слова и речь, и неся их с собой по мере того, как он входит в тела людей и животных, снабжая их материалами снов, предвидения и других чудес. Потому происходит, как говорят те, кто проходят в том месте, где был убит человек или находится свежезахороненное тело, переживают страхи и испуг, т. к. воздух в таких местах полон картинами этого убийства, с которыми прохожие тоже соприкасаются, т. к. воздух их наполняет теми же картинами и волнует их, отчего и формируется страх, т. к. все, что действует быстро и создает тонкое впечатление, волнует природу. Вот почему многие философы считали, что воздух есть причина снов и других впечатлений души, благодаря распространению картин или подобий, что исходят от предметов и слов, которые массами проходят в воздухе, пока не достигнут чувств или, в конечном итоге, воображения и души того, кто их воспринимает. Восприняв сначала кожей, подготовившей его к восприятию, хотя виды вещей несомы своей собственной природой или сами собой к чувствам людей и животных, они, тем не менее, могут приобрести некоторые отпечатки от неба, когда находятся в воздухе, а различные их сюжеты чувствуются одни больше, другие меньше, следуя своему предрасположению в момент подачи картин воображения. И, таким образом, человек может естественно и без какого-либо суеверия, без помощи какого-либо духа, сообщаться мыслью с другим человеком, сколько-нибудь удаленным, т. к. они будут существовать по меньшей мере 24 часа, хотя и нельзя точно указать время. Эту вещь я наблюдал и делал аббат Тритемий. Плотин нам доказывает, а также учит способу, которым вещи духовные, как и телесные, производят некоторые картины (виды) благодаря влиянию тел на тела; они укрепляются в воздухе, проявляются и являются нашему зрению и другим чувствам благодаря свету. Как движение мы видим, когда дует полуденный ветер, как воздух конденсируется в маленькие облака, в которых отражаются как в зеркале очень удаленные замки, горы, лошади, люди и другие вещи, которые, по мере того, как облака проходят дальше, развеиваются; и, как показал Аристотель в работе «О метеорах», радуга формируется в воздушном облаке как в зеркале. И Альберт говорит, что изображения тел могут легко формироваться в воздухе, который влажен, тем же способом, как изображения вещей в зеркалах. И Аристотель рассказывает, что с одним человеком из-за слабого зрения бывало так, что близко расположенный воздух служил ему зеркалом и обозреваемый им район отражался в этом зеркале так, что он не мог разобраться и считал, что его тень идет перед ним, видя голову идущей в направлении, куда он шел. Тем же способом получаются все виды очень удаленных картин в воздухе, чего хотят добиться с помощью некоторых зеркал, чтобы невежды, стоящие в стороне от них, верили, что видят фигуры демонов и духов, хотя последние всего лишь похожая картина, лишенная всякой жизни. Известно, что в темном месте, где есть маленькое отверстие, которое можно пробить для попадания лучей солнца, помещая к этому отверстию белую бумагу или гладкое зеркало, видят на этой бумаге все, что солнце освещает и что совершается снаружи. Существует еще более замечательное чудо, когда кто-либо, написав портреты или несколько слов, выставляют их ночью определенным способом в хорошую погоду при полнолунии, а кто-либо другой, поставленный об этом в известность, может их видеть и читать в окружности или в круге луны картины, поднявшиеся и размножающиеся в воздухе; это очень полезно, чтобы сообщать новости из осажденных городов и мест. Это секрет, который прежде практиковал Пифагор и, который даже сегодня знают несколько лиц, как мне это известно. Итак, все эти вещи и большое количество других, более значительных, основано на природе воздуха, и выводят их принципы из математики и оптики, и эти виды отражаются в зрении так же, как посредством эха отражается звук. Но есть еще и другие, более специфичные секреты, благодаря которым человек может слышать то, что говорит другой даже на ухо или потаенно, или как-то по-особому другому лицу. Из воздуха еще происходят ветры, которые есть широко взволнованный и возбужденный воздух. Существуют четыре главных ветра, которые дуют с четырех сторон света; а именно, — Нот, — со стороны юга, Борей — с севера, Зефир — с запада, и Аполеот или Эрус — с востока, о которых так сказано в этих двух стихах Понатануса: «Нот — южный ветер, туманный и влажный, который св. Иероним называет извергающим дождь». Овидий его описывает так: «Ветер Нот летает на крыльях влажных, закрывая лицо страшной темнотой, подобной смоле; его тяжелая борода низвергает воду по белым волосам; облака останавливается у его на лбу; его крылья и грудь отвратительны от воды». Но Борей, в противоположность Ноту, — ветер Севера, сильный и шумный, он гонит облака, возвращая воздуху покой, и морозит воду. Овидий так заставляет его говорить о себе самом: «Я имею силу гнать и содрогать печальные облака и подчинять их моим приказам. Я опрокидываю деревья, я делаю твердыми пары, и я посылаю их на землю градом; я все тот же, когда я встречаю другие ветры под сводом небес (т. к. там моя полнота), я опускаюсь с такой силой, что воздух, который я встречаю среди наших ударов трещит и выскакивает вспышками из-под свода облаков. Это я, войдя и сдавливая глубину земных пещер, тревожу манов и заставляю дрожать землю». Зефир, который также называется Фавониус, — ветер очень легкий, который дует с запада; он нежен, холоден и влажен, смягчает суровость зим, производя все травы и цветы. Эрус, в противоположность ему, называющийся еще Субсолер и Аполеот, есть ветер с востока; он очень быстро пожирает влажный туман. Таковы четыре ветра: первый с востока, второй с запада, третий с севера, четвертый с юга. Глава седьмая О РОДАХ СМЕШЕНИЙ, ОБ ОТНОШЕНИИ, КОТОРОЕ ОНИ ИМЕЮТ С ЭЛЕМЕНТАМИ, И ОБ ОТНОШЕНИЯХ САМИХ ЭЛЕМЕНТОВ К ДУШЕ ЧУВСТВАМ И НРАВАМ После четырех простых элементов сразу же следуют четыре рода совершенно смешанных, каковыми являются камни, металлы, растения и животные. Хотя все элементы служат для составления каждого из них, но каждая смесь, тем не менее, следует одному особому элементу и больше придерживается его свойств; так все камни происходят от земли, т. к. они тяжелы и стремятся вниз, и сухость столь сильно доминирует в них, что невозможно сделать их жидкими. Металлы водянисты и плавятся, как это признают физики, и, в свете экспериментов химиков, металлы производят воду густую и клейкую, или ртуть, которая тоже водяниста. Растения имеют такое отношение к воздуху, что могут расти или созревать в воздухе, так же, как все животные извлекают силу из огня, а свое происхождение с неба, и огонь им столь естественен, что без него они не могут жить. Наконец, каждый из этих родов отличается степенями элементарности; так говорят, что среди камней темные и наиболее тяжелые происходят от воды, как хрусталь, берилл и жемчуга в раковинах, а те, которые плавают в воде, смешаны с воздухом и губчаты, как камень пемзы и тура. Есть и такие, которые смешаны с огнем, как стекло и огненный камень. Также среди металлов есть такие, которые смешаны с землей, а именно свинец и серебро; другие с водой, как ртуть; с воздухом — медь и олово; и с огнем — золото и железо. Так в растениях корни содержат землю благодаря их плотности, а листья — воду благодаря соку, цветы — воздух благодаря их нежности, семена — огонь благодаря их духу произведения. Помимо этого есть такие, которые теплы, другие холодны, третьи — влажны, а четвертые — сухи, и которые ведут свои имена от свойств элементов. Среди животных есть такие, в которых также доминирует земля, и которые находятся внутри земли, как черви, кроты и многие ползающие животные; другие — сформированы водой, как рыбы; в третьих — доминирует воздух, и они не могут жить вне воздуха; в четвертых доминирует огонь, как в саламандрах и кузнечиках, и в других имеется жар огня, как в голубях, страусах и зверях, которых называет мудрец, которые испускают огромный жар. Кроме того, в животных кости имеют отношение к земле, плоть — к воздуху, жизненный дух к огню, а к воде — соки, которые находятся также в элементах как огонь — кровь, как воздух — слизь, как вода — черная желчь. Наконец, в душе, следуя пониманию св. Августина, — решительность в нем — как огонь, разум — как воздух, воображение — как вода и чувство — как земля. Этот порядок находится даже в чувствах: так чувство зрения участвует в огне, действительно оно действует только благодаря огню и свету; чувство слуха — в воздухе, так как звук есть только биение воздуха; а обоняние и вкус считаются водой, без влажности которой нет ни вкуса, ни запаха. Наконец, осязание полностью

Оккультная философия Г. К. Агриппа читать, Оккультная философия Г. К. Агриппа читать бесплатно, Оккультная философия Г. К. Агриппа читать онлайн